Автор: Вера Михайлова

В последнее время для меня в практике и даже обычных повседневных делах, которыми я занимаюсь, стало особенно важным ощущение, которое я сформулировала для себя как «отсутствие сектанства» и пребывание в состоянии осознанной, ответственной свободы и целостности процессов. Я постараюсь раскрыть то, что я подразумеваю под этой формулировкой, в том числе в отношении метода работы с ритуальными трансовыми позами. Этот метод, который совсем недавно пришел в Россию из Германии, уже нашел свою аудиторию и продолжает развиваться в условиях реальности нашей страны и нашей культуры.

Под «отсутствием сектанства» я понимаю такое состояние сознания, психических процессов отдельно взятой личности или совокупности групповых взаимодействий, которое проявляется, констеллируется, в истинных, диалогичных отношениях. В контексте внутренней психической жизни личности это может проявляться в наличии глубокого внутреннего диалога, возможности соприкасаться с различными элементами и гранями собственного бытия, возможности удержания противоположных полюсов эмоциональных состояний, что дает богатство проживания и переживания жизненного опыта. В такие моменты приверженность к тем или иным воззрениям, позициям, научным школам или религиозным доктринам уступает место истинному самоопределению себя в точке настоящего и в состоянии потока событийности. Это состояние открытости и отсутствия контролирующего и всепоглощающего «правила», и даже веры, но присутствие ощущения правильности и контакта с собой, природой, миром в целом. На уровне группы или сообщества, в том числе профессионального, в фокусе внимания оказывается взаимное уважение и поддержка, признание ценности мнений и деятельностей участников, отсутствие фанатичного поклонения авторитетам и званиям, обогащающий опыт взаимного присутствия. И в плане личностной организации, и в плане групп и сообществ, такое положение, несомненно, связано с внутренней зрелостью. 

Нельзя забывать, что приверженность неким идеалам, направлениям и верованиям поддерживает ощущение защищенности и безопасности, как вера девушки в «сильного мужчину» позволяет ей говорить «я за ним, как за каменной стеной».  Пребывание же в состоянии отношений, в которых степень такой приверженности и принадлежности значительно снижается, неизбежно ведет за собой необходимость признания собственной уязвимости и соприкосновения с неизвестностью, – тревожащее чувство, присутствие которого совсем непросто признавать и проживать, но ведущее к открытиям, обогащению восприятия жизни и достраиванию ощущения целостности. 

С 2013 по 2015 год я являлась участником сертификационной программы подготовки ведущих групп в практике исследования ритуальных трансовых поз под руководством Наны Наувальд (Германия), Институт Фелиситас Гудман. Для меня, как аналитического психолога, этот опыт является очень ценным. Программа, в которой я участвовала, была второй из обучающих по указанному методу в России, и по окончании программы есть возможность получить сертификат Института Фелиситас Гудман на право обучения и ведения групп по методу ритуальных поз официально. Я не случайно говорю «возможность», так как далеко не все участники программы ставили перед собой такую цель, и сама программа подготовки ведущих (во всяком случае, ее российское преломление) в ее актуальном состоянии отличается от академического представления об обучающих программах. Среди участников программы были и те, кто на данном этапе жизненного пути пришли к пониманию, что пока не представляют себя в роли ведущих групп, для них ценен сам опыт участия в программе, семинарах с Наной Наувальд, исследовательских встречах. И программа, как живой, дышащий организм, сейчас уважительно позволяет этому быть.

Лично для меня различные аспекты метода исследования ритуальных трансовых поз открывались и продолжают открываться постепенно, и сейчас, находясь в знакомстве с этим методом больше двух лет, я прихожу к пониманию его высокой экологичности. Метод обращается к глубинным аспектам восприятия мира, в то же время неся в себе большую степень свободы в интерпретациях и личных прочтениях каждого, кто обращается к нему – будь то участник группы или ведущий. И, с учетом сказанного выше, я надеюсь на правильное понимание моего посыла про «отсутствие сектанства», чтобы у читателя не возникло ощущения «рекламной акции» данного метода. Мне бы хотелось донести саму идею возможности движения в направлении обретения целостности, в том числе с помощью практики этого метода, которая, в моем представлении, является одним из путей среди множества. 

По своей форме работа по методу исследования ритуальных трансовых поз обращается к шаманской традиции в отношении проведения ритуалов. Упоминание слова «шаманское» и вообще «шаманизм» поднимает обычно волну проекций и стереотипов, вызывает гамму откликов от безотчетного желания погружения и упования на «шаманские практики» до жесткого отрицания и провозглашения опасности возможного применения элементов шаманской традиции в современном мире. И здесь я считаю важным сделать несколько замечаний. Во-первых, – я сошлюсь на слова Наны Наувальд, – мы, как представители современного европеизированного мира, не можем брать на себя ответственность называться шаманами, какими бы практиками мы не занимались. Мы родились и выросли в другой культуре и других традициях, имеем свой опыт прошлого и свои предшествующие поколения, позволившие нам оказаться сейчас в той точке развития, где оказались именно мы. Отношение к культуре шаманизма сейчас имеют малое число представителей народов, еще сохраняющих связь с этой древней традицией, и тоже в уже современной его трактовке. Во-вторых, – и это то, что мы можем, – мы способны позволить себе исследовать исторические, культурные, традиционные и религиозные пласты опыта человечества, которые, несомненно, являются всеобщими, как к этому обращались наши предшественники, совершавшие открытия в науке и практике, в том числе, юнгианской психологии. Исследование шаманских техник может проводиться нами в контексте нашего времени со стремлением, намерением обогатить наше современное существование осознанием связей с опытом человеческого наследия в целом. То, что возможно рассмотреть и привнести в наше настоящее, в практику, в том числе практику применения метода ритуальных трансовых поз, из исследования шаманских техник – это отношение к ритуальности действия как целостности.   

Способ, форма работы с ритуальными трансовыми позами по сути своей является воспроизведением ритуала – в нем есть определенная внешняя последовательность действий, и внутреннее содержание, во многом зависящее от способности ведущего группы быть в контакте с полем смыслов и символов, транслируя это в групповой процесс. Тут также можно провести параллели с представлениями об алхимических процессах, их динамике и уровнях трактовки. 

Я не буду сейчас углубляться в описание последовательности конкретных действий при работе с трансовыми позами, – они достаточно подробно изложены в книге Наны Наувальд, переведенной на русский язык. Важно отметить, что каждый элемент, каждая составляющая процесса работы с ритуальными позами несет сам по себе идею целостности и аутентичности, и, в свою очередь, процесс целиком, при грамотном проведении, является целостным, несводимым, как всегда, к сумме элементов, и содержащим в себе потенцию к возможной трансформации. Собственно, это, на мой взгляд, является основным ориентиром, по которому можно определить целительность практики (в смысле достижения «исцеления» рецепиентов как проявления ощущения целостности и цельности существования).

В плане же наполнения процесса работы с ритуальными трансовыми позами сохраняется большая свобода и открытость, и каждый ведущий может наполнить практику своим содержанием. Нет давления определенной «шаманской» традиции, которой необходимо следовать, нет «гуру», верховного шамана, нет давления в скорости роста или развития. Участники имеют право и возможность прийти на группу в своей целостности и уйти после группы, приобретая свой уникальный опыт. А как отнестись к полученному опыту – каждый уже решает сам.

Это основные мысли, которыми на данный момент я хотела поделиться в отношении практики по методу исследования ритуальных трансовых поз. Метод остается на сегодняшний день открытым к трансформациям и идеям. И неслучаен интерес практикующих психологов, в том числе юнгианского направления, к данному методу (даже в этой, второй сертификационной программе в России, психологов набралось немало).